Все, кто стал для меня
молитвой -
предавали меня в конце.
Ну, а тех, кто горел
любовью,
и готов был «с обрыва
вниз»,
я казнила несносной
болью,

обожая
своих
убийц.

Когда ты доказываешь кому-то,
что ты счастлив,

следи, чтобы твой голос
не дрожал.

Твои руки я всюду узнаю,
Как же нежно касались меня,
На кассете я просто признаюсь,
Что до смерти любила тебя

— Или корми акул, или будь акулой.